Славный день

Блайтон Энид

Добравшись до пустошей ребята сразу замечают на ней цыган, медленно плетущихся со своим добром. Подойдя к цыганам ребята начинают разговор, но те неохотно отвечают на вопросы, а затем и вообще просят детей убраться вон. Путь предстоит не близкий, поэтому ребята разворачивают коней и двигаются обратно. Однако они теряются среди пустошей. На помощь приходит узкоколейная железная дорога. По ней дети выходят в места обетованные, откуда легко добираются до своих конюшень.

Славный день читать:

– А название, по-моему, ничего – Таинственная Пустошь, – сказал Дик. – Смотрите, на сколько же миль она тянется? А можжевельника сколько!

– Но она совсем не выглядит таинственной, – заметила Генри с некоторым удивлением.

– И все же это такое тихое мрачное место, – сказала Энн. – Будто что-то здесь когда-то стряслось, а теперь оно выжидает, когда снова что-то произойдет.

– Тихое и мрачное? – Генри засмеялась. – Индейки такими бывают на фермах – тихие и мрачные, когда яйца высиживают. Это ночью здесь должно выглядеть все и страшно, и таинственно. Днем все кажется таким простым. Хорошее место для верховых прогулок – только и всего. Непонятно все-таки, почему его назвали Таинственной Пустошью.

– Надо посмотреть в каком-нибудь путеводителе про эту часть страны, – сказал Дик. – Я думаю, его так назвали из-за того, что здесь сотни лет тому назад произошло какое-нибудь странное событие. Тогда люди верили в ведьм и тому подобные вещи.

Они старались придерживаться тропы, но то и дело отклонялись от нее. Кругом росла трава, похожая на проволоку, зеленел вереск и цвел можжевельник в этот чудесный апрельский день.

Энн то и дело шмыгала носом, когда проезжали мимо кустов можжевельника. Дик посмотрел на нее.

– Тебе тот Шмыгалка, видно, понравился, – сказал он. – Простудилась?

Энн засмеялась.

– Нет, конечно. Просто жутко нравится запах цветов. Чем они пахнут? Ванилью? Кокосовым ядром? Такой теплый запах.

– Посмотрите-ка! Что это там двигается? – сказал Дик, осаживая коня. Они всмотрелись.

– Кибитки! – понял наконец Джулиан. – Ну конечно же! Они сегодня и отправлялись, помните? Трудновато им тут двигаться, дорог я что-то не вижу в этих краях.

– Интересно, куда это они направляются, – сказала Энн. – Что там, в той стороне?

– Так они до побережья дойдут, – сказал Джулиан, подумав. – А давайте к ним подъедем, посмотрим.

– Хорошая идея, – поддержал Дик.

Они повернули лошадей вправо и поскакали к далекому каравану. Чем ближе, тем красочнее выглядели кибитки. Их было всего четыре: две красные, одна голубая и одна желтая. Передвигались они очень медленно, тощие лошаденки с трудом тянули повозки по бездорожью.

– Они, кажется, все пегие, – заметил Дик. – Отчего это у большинства цыган лошади пегие?

Подъезжая к каравану, они услышали возгласы. Один мужчина указывал на них другому. Это был отец Шмыгалки.

– Смотрите-ка, это тот самый цыган, который разбудил нас прошлой ночью в конюшне, – сказал Джулиан. – Ну и видик у него! Почему он не подстрижется?

– Эй! Добрый день! – окликнул их Дик издали. Ответа не последовало. Цыгане, сидевшие на облучках кибиток, и те, что шли пешком, недовольно поглядывали на четырех всадников.

– Куда направляетесь? – спросила Генри. – К побережью?

– Вас это не касается, – ответил один из них – пожилой мужчина с кудрявыми седыми волосами.

– Вот так, братцы, – сказал Дик. – Наверно, они считают, что мы шпионим за ними. А как же они питаются в этих прериях? Магазинов тут нет. Наверно, все продукты возят с собой.

– А я сейчас спрошу, – сказала Генри, ничуть не смущаясь от недовольных взглядов цыган. Она направилась прямиком к отцу Шмыгалки.

– А как вы питаетесь, где воду берете? – спросила она.

– Еда у нас тут с собой. – Цыган кивнул головой на кибитку. – А насчет воды – мы знаем, где родники.

– И надолго вы свой табор устраиваете на пустоши? – Генри представилась кочевая жизнь цыган романтичной: такое приволье тут, кругом весенние цветы.

– Тебя это не касается! – крикнул старик с седыми кудрями. – Уезжайте! Оставьте нас в покое!

– Поехали, Генри, – сказал Джулиан, поворачивая коня. – Им не нравятся наши расспросы. Они думают, что это не из простого любопытства, а будто мы шпионим за ними. Может, им есть что скрывать, и наши расспросы им ни к чему. Где-то пару кур могли прихватить с фермы или утку с пруда. У них ведь все просто – из рук в рот.

Из кибиток начали выглядывать черноглазые детишки. Некоторые бегали среди взрослых. Но едва Генри приблизилась к ним, они удрали, как испуганные кролики.

– Совсем не хотят быть дружелюбными, – сказала она и присоединилась к остальным троим. – Странная жизнь у них: жилища на колесах, нигде подолгу не поселяются, вечно в пути. Поехали, Султан, отсюда.

Ее конь послушно последовал за остальными, стараясь не ступать копытами в кроличьи норы. Хорошо было здесь, на солнечном просторе, верхом на коне, без всяких забот! Генри была просто счастлива.

Остальные трое тоже наслаждались прекрасным днем, но не чувствовали себя столь же счастливыми, как Генри. Тревожила мысль о Джордж, да и по Тимми соскучились. Ему бы тут порезвиться с ними в такой славный денек.

Цыганские кибитки скрылись из виду. Джулиан старался запомнить путь, по которому они следовали; побаивался заблудиться. У него был компас, с которым он то и дело сверялся.

– Нам тут ночевать ни к чему, – сказал он. – Никто нас тут вовек не отыщет.

Примерно в половине первого они расположились позавтракать. Миссис Джонсон, надо сказать, превзошла себя: завтрак оказался великолепным. Бутерброды с сардинками и яйцами, помидоры и салат, ветчина и прочее! Большие куски вишневого пирога, громадные сочные груши...

– Мой любимый вишневый пирог! – сказал Дик, глядя на свой большущий кусок.

– А что там попить? – спросила Генри и, получив бутылку имбирного пива, тут же жадно принялась пить из горлышка. – Почему имбирное пиво на пикниках такое потрясающее на вкус? Гораздо лучше, чем если его пить в магазине, даже со льдом.

– Тут где-то, по-моему, родник, – сказал Джулиан. – Слышите, что-то журчит?

Они прислушались к тихим плещущим звукам. Энн поднялась, чтобы поискать, откуда они раздаются. Вскоре нашла родник и позвала остальных. Это был небольшой круглый водоем с прохладной чистой водой, утопленный фута на три в землю. В него с мелодичным плеском ниспадала струя родниковой воды.

– Один из источников, которыми пользуются цыгане, – предположил Джулиан. Он сложил ладони горсткой, подставил под струю, попил и сказал: – Отличная вода! Холодная, как из морозилки. Попробуй, Энн.

Потом они продолжили свой путь дальше. Пейзаж по-прежнему оставался однообразным: все та же трава, похожая на толстую проволоку, вереск, можжевельник, изредка – березки, кое-где роднички. С неба доносилось пение невидимых жаворонков.

– Их песенки падают, как капли дождя, – заметила Энн и даже руку протянула, словно пытаясь поймать их.

Генри без видимой причины рассмеялась. Ей понравились эти ребята, она была очень рада, что они взяли ее с собой. Она подумала, что глупо было со стороны Джордж оставаться на конюшнях.

– Я думаю, нам пора поворачивать домой, – предложил Джулиан, посмотрев на часы. – Мы далеко заехали. Судя по времени, как раз можем успеть добраться до захода солнца.

Все согласились, и он повернул коня, возглавив их маленький отряд на пути домой. Его конь сам выбирал дорогу среди вереска. Спустя немного времени Дик притормозил.

– Джу! Ты точно знаешь, что мы двигаемся в правильном направлении? Что-то я не уверен. Здесь пустоши выглядят по-другому. Больше песка и меньше можжевельника стало.

Джулиан остановился и осмотрелся.

– Да, пожалуй, все как-то по-другому выглядит, – согласился он. – Но направление, похоже, правильное. Давайте еще немножко проедем вперед. Хоть бы что-нибудь было на горизонте для ориентира. Эти степи такие ровные.

Они продолжили свой путь, не меняя направления. Вдруг Генри остановилась.

– Эй! Посмотрите! Что это такое?

Они подъехали к Генри, которая спрыгнула с лошади, наклонилась и что-то раскапывала среда вереска.

– Смотрите – похоже на рельс, – сказала она. – Только ржавый и старый. Откуда здесь рельсы?

Теперь все принялись расчищать песок и вереск.

– Точно, рельсы, – сказал Джулиан, присев на траву. – Очень старые. Действительно, зачем тут железная дорога?

– Сама не знаю, – сказала Генри. – Просто случайно заметила – они так заросли. Даже сперва глазам своим не поверила.

– Они вообще-то должны что-то с чем-то соединять, – заметил Дик. – Может, там среди пустошей был карьер и оттуда маленькими поездами отвозили песок к ближайшему городу?

– Видимо, так, – согласился Джулиан. – Тут в самом деле песка много. Тонкий, хороший песок. Там и карьер, наверно, где-то позади нас. А впереди эта железная дорога должна идти к какому-нибудь городу или деревне. Может, до Миллинг Грина или куда-то в те края.

– Пожалуй, ты прав, – поддержал Дик. – Отсюда следует, что если мы будем придерживаться этой узкоколейки, то рано или поздно вернемся в цивилизацию.

– А что, правильная идея, – согласилась Генри. – Тем более, если мы не очень уверены в дороге. – Она вскочила в седло и поехала вдоль колеи. – А рельсы неплохо видно! – крикнула она. – Особенно если ехать между ними. Очень ровно проложены.

Рельсы прямой линией пролегали через вересковые пустоши. Иногда они оказывались сильно заросшими. Спустя полчаса Генри крикнула, указав рукой вперед:

– Дома! Так и есть! Дорога нас привела.

– Это Миллинг Грин, – сказал Джулиан.

Рельсы здесь оборвались, и они вышли на проселочную дорогу.

– Отсюда до наших конюшен недалеко, – обрадовалась Генри. – А что, если нам проехать вдоль этой железной дороги до самого конца? Посмотреть, что там.

– Верно, – согласился Джулиан. – Как-нибудь давайте выберемся в такое путешествие. О! Кстати, уже поздновато. Что-то там Джордж поделывала весь день?

Приближаясь к конюшням, они думали о Джордж. Может, она с горя легла пораньше спать? До сих пор злится? Или страдает? Пока они наконец не прибыли на место, оставалось только строить догадки.

Нам важно ваше мнение:

Если на ваш взгляд сказка «Славный день» подходит под одну или несколько категорий ниже, просто нажмите на них:

Для малышей Для детей 5-6 лет В стихах О царе Про лису

Это поможет сделать сайт чуточку лучше. Спасибо!

Читать похожие сказки: