Начало

Носов Николай Николаевич

Яйца заложены в консервную банку, и все уже готово к старту, но вновь подвернувшаяся под руку книжка о птицеводстве указывает на множество забытых нюансов. Необходимо сделать вентиляцию, что бы зародыши не задохнулись. Так же нужно увлажнять воздух, что бы они не засохли. Наконец, после модернизации, усовершенствованный инкубатор приводится в действие.

Начало читать:

На другой день, вернувшись из школы, мы принесли на кухню корзину и уложили яйца в инкубатор. Места оказалось достаточно, даже еще немного осталось.

Мы накрыли инкубатор крышкой, вставили в отверстие градусник и уже хотели зажечь лампу, но тут Мишка сказал:

– Надо подумать, все ли мы правильно сделали. Может быть, сначала надо нагреть инкубатор, а потом класть в него яйца?

– Вот этого я уж не знаю, – говорю я. – Надо почитать. Наверно, в книге написано.

Мишка взял книгу и стал читать. Читал, читал, потом говорит:

– Ты знаешь: мы чуть не задушили их!

– Кого?

– Яйца. Они, оказывается, живые.

– Что ты! Яйца живые? – удивился я.

– Правда, правда! Вот почитай: «Яйца – это живые существа. Только жизнь незаметна в них. Она как будто дремлет внутри яйца. Но, если яйцо начать нагревать, жизнь пробуждается, и внутри яйца станет развиваться зародыш, который постепенно превращается в маленького птенца. Как и все живые существа, яйца дышат…» Понял? Мы с тобой дышим, и яйца дышат.

– Сказки! – говорю я. – Мы с тобой дышим ртом, а яйца чем дышат? Где у них рот?

– Мы с тобой дышим не ртом, а легкими, – говорит Мишка. – Воздух попадает к нам в легкие через рот, а яйца дышат прямо через скорлупу. Воздух проходит сквозь скорлупу, и они дышат.

– Ну и пусть себе дышат, – говорю я. – Разве мы не даем им дышать?

– Да как же они могут дышать в коробке? Ведь при дыхании выделяется углекислый газ. Если ты залезешь в коробку и тебя в ней закрыть, то от твоего дыхания в коробке накопится много углекислого газа, и ты задохнешься.

– Зачем же я полезу в коробку? Очень мне нужно задыхаться! – говорю я.

– Конечно, ты не полезешь… А яйца-то мы куда кладем? В коробку. Вот они и задохнутся в коробке.

– Что же нам делать?

– Надо устроить вентиляцию, – говорит Мишка. – В настоящих инкубаторах всегда делают вентиляцию.

Мы осторожно вынули из коробки все яйца и сложили их в корзину. Потом Мишка принес сверло и провертел в инкубаторе несколько маленьких дырочек, чтобы углекислый газ мог выходить наружу.

Когда все было сделано, мы уложили яйца обратно в коробку и снова накрыли крышкой.

– Постой, – говорит Мишка. – Мы ведь так и не узнали, что нужно сделать сначала: нагреть инкубатор или положить яйца.

Он снова принялся читать книжку. Потом говорит:

– Опять у нас чепуха получается. Тут написано, что в инкубаторе должен быть влажный воздух, потому что если воздух будет сухой, то из яиц сквозь скорлупу будет испаряться много жидкости и зародыши могут погибнуть. В инкубатор всегда помещают сосуды с водой. Вода испаряется из сосудов, и воздух становится влажным.

Мы снова вынули из инкубатора яйца и решили поставить в него два стакана с водой. Но стаканы оказались слишком высокими, и крышка не закрывалась. Мы стали искать какую-нибудь другую посуду, но ничего подходящего не было. Тут Мишка вспомнил, что у его младшей сестренки Майки есть игрушечная деревянная посуда, и говорит:

– Может быть, взять у Майки чашки от этой посуды?

– Верно! – говорю я. – Тащи!

Мишка разыскал Майкину посуду и взял четыре деревянные чашки. Они оказались подходящими. Мы налили в них воды и поставили в инкубатор – в каждый угол по чашке – и стали укладывать яйца. Но теперь чашки заняли место, и все яйца не помещались. Укладывалось только двенадцать яиц, а три яйца никак не помещались.

– Ну ладно, – говорит Мишка. – Хватит с нас двенадцати цыплят. Куда нам больше? На них корма сколько понадобится.

Тут пришла Майка, увидела в инкубаторе свои чашки и подняла крик.

– Послушай, – говорю я, – мы ведь не навсегда берем. Через двадцать один день отдадим обратно, а за это, если хочешь, подарим тебе три яйца.

– Зачем мне яйца? Они пустые!

– Нет, не пустые. Они с желтком и с белком – все как следует.

– Если б они с цыплятами были!

– Ну, мы подарим тебе одного цыпленка, когда выведутся.

– А не обманете?

– Нет, не обманем.

Майка согласилась, и мы ее выпроводили.

– Теперь иди себе, – говорим, – нам надо заниматься делом. Мы тут и без тебя не разберем, с чего начинать: то ли положить в инкубатор яйца, а потом нагревать, то ли сначала нагреть, а потом положить.

Мишка снова засел за книжку и вычитал, что можно делать и так и так.

– Тогда включай электричество, и приступим к делу, – говорю я.

– Даже как-то приступать страшно, – говорит Мишка. – Включай лучше ты: я несчастливый.

– Почему же это ты такой несчастливый?

– Мне не везет в жизни. Я за какое дело ни возьмусь, обязательно неудача будет.

– У меня ведь тоже всегда неудачи – говорю я. Мы стали припоминать разные случаи из нашей жизни, и оказалось, что мы оба страшные неудачники.

– Нельзя нам начинать такое дело, – говорит Мишка, – все равно ничего не выйдет.

– Может быть, позвать Майку? – предложил я. Мишка позвал Майку:

– Слушай, Майка, ты счастливая?

– Счастливая.

– У тебя какие-нибудь неудачи были в жизни?

– Не было.

– Вот это хорошо! Видишь в ящике лампочку, которая стоит на книжках?

– Вижу.

– Ну-ка, подойди и поверни выключатель.

Майка подошла к инкубатору и зажгла лампу.

– А теперь что? – спрашивает.

– А теперь уходи и не мешай нам.

Майка обиделась и ушла. Мы поскорее накрыли инкубатор крышкой и стали следить за градусником. Сначала ртуть в градуснике стояла на восемнадцати градусах, потом медленно стала двигаться вверх, добралась до двадцати градусов, полезла немножко быстрей, добралась до двадцати пяти градусов, потом – до тридцати, потом стала двигаться медленнее. За полчаса она поднялась до тридцати шести градусов и застыла на месте. Я подложил под лампу еще одну книжку, и ртуть снова начала подниматься. Она долезла до тридцати девяти градусов, но не остановилась на месте, а полезла еще выше.

– Стоп! – говорит Мишка. – Смотри: сорок градусов! Ты слишком толстую книжку подложил.

Я поскорее вынул эту книжку и подложил другую, потоньше.

Ртуть в градуснике постояла на месте и начала опускаться. Опустилась до тридцати девяти градусов и поехала ещё ниже.

– А эта книжка слишком тонкая, – говорит Мишка. – Сейчас я тетрадку принесу.

Он быстро принес тетрадь и сунул ее под лампу. Ртуть стала опять подниматься, дошла до тридцати девяти градусов и остановилась.

Мы не отрываясь смотрели на градусник. Ртуть спокойно стояла на месте.

– Ну вот, – прошептал Мишка, – теперь такая температура должна держаться двадцать один день. Удержим?

– Удержим, – говорю я.

– Смотри, если не удержим, то всё пропало.

– Почему не удержим? Удержим!

Мы сидели возле инкубатора до конца дня. Даже уроки стали делать на кухне. Градусник всё время исправно показывал тридцать девять градусов.

– Хорошо идет дело! – радовался Мишка. – Если всё будет благополучно, то через двадцать один день у нас будут цыплята. Целых двенадцать штук. Веселая будет семейка!

Нам важно ваше мнение:

Если на ваш взгляд сказка «Начало» подходит под одну или несколько категорий ниже, просто нажмите на них:

Для малышей Волшебная Для детей 5-6 лет Бытовая Поучительная

Это поможет сделать сайт чуточку лучше. Спасибо!

Читать похожие сказки: