Там, где не светит солнце

Стейплз Льюис

Путники попали в поземное царство. Свалившись прямо в середину войска из гномов и страшных-непонятно-еще-кого они под конвоем, сначала посуху, затем на гребной лодке, следуют в столичный город к королю. Король оказывается молчаливым рыцарем, которого они встретили ранее, а королева, держащая в руках власть в подземной стране - дамой в белом, пославшей детей к великанам-людоедам. Чудом не став начинкой для пирога дети не слишком то верят королю, описывающему правительницу как сосредоточение доброты и мудрости

Там, где не светит солнце читать:

– Кто там? – закричали трое путешественников.

– Я Страж Подземья, и за мною стоит сотня вооруженных подземельцев, – послышалось в ответ. – Кто вы такие и зачем пожаловали в Королевство глубин?

– Мы случайно сюда упали, – довольно честно сказал Лужехмур.

– Многие падают, и мало кто возвращается к солнцу, – произнес голос. Готовьтесь проследовать со мной к королеве подземья.

– А что ей от нас нужно? – осторожно осведомился Ерш.

– Мне это неизвестно, – ответил голос. – Ее волю не оспаривают. Ей лишь подчиняются.

При этих словах раздался какой-то мягкий хлопок, и пещеру залил холодный серо-голубой свет. Всякая надежда на то, что слова о сотне вооруженных подземельцев были пустым хвастовством, мгновенно исчезла. Мигая, Джил глядела на странную толпу. В ней стояли существа всевозможных размеров – от крошечных гномов в полметра высотой до величественных фигур, что были крупнее любого человека. Они сжимали в руках трезубцы, были бледны и неподвижны словно статуи. Во всем остальном они сильно друг от друга отличались – одни были хвостатые, а другие – нет, одни носили бороды, а у других лица были круглые, огромные, словно тыквы. У жителей подземелья были разные носы: длинные и острые, мягкие, как хоботы, носы, похожие на увесистые груши. Кое у кого посередине лба торчал рог. Но у всех без исключения лица были невыразимо печальны, настолько печальны, что Джил при первом взгляде на них почти позабыла о своем страхе, и ей даже захотелось как-то приободрить подземельцев.

– Что ж, – Лужехмур потер руки, – именно этого мне и не хватало. Если эти парни не научат меня серьезно относиться к жизни, то уж не знаю, кому это удастся. Взгляните-ка на этого чудака с моржовыми усами, или на…

– Вставайте, – приказал начальник подземельцев.

Ничего не оставалось делать. Путники поднялись и взялись за руки. В такую минуту особенно хотелось держаться за руку друга. Со всех сторон шлепали своими ногами подземельцы – у кого было десять пальцев, у кого дюжина, а у кого и вовсе ни одного.

– Вперед! – приказал Страж, и они отправились в путь.

Холодный свет шел от огромного шара, насаженного на длинный шест, который нес впереди процессии самый высокий из гномов. При этом безрадостном свете они разглядели, что находятся в настоящей, а не искусственной пещере, среди шероховатых искривленных стен со множеством изгибов, складывающихся в причудливые фигуры. Каменная тропа спускалась все ниже. Джил больше других боялась темных подземелий, и ей было не по себе. А пещера, пока они шествовали, становилась все уже и ниже. Наконец, гном с фонарем посторонился и пропустил остальных существ, кроме самых маленьких, в узкую темную трещину, где они один за другим исчезли. Джил почувствовала себя совсем скверно.

– Не могу я туда лезть, честное слово не могу! И не буду! – отрезала она. – Подземельцы, не сказав ни слова, выставили свои копья и нацелили их на девочку.

– Держись, Джил, – сказал Лужехмур. Эти здоровые парни вряд ли стали бы туда лезть, если бы дальше пещера не становилась шире. И учти, здесь мрачно, но зато уж точно не бывает дождя.

– Ты не понимаешь. Я просто не могу – заныла Джил.

– Вспомни-ка теперь, что я чувствовал на том утесе, – мстительно напомнил Ерш. – Ступай вперед, Лужехмур, а я пойду за этой плаксой.

– Отлично, – сказал квакль, опускаясь на четвереньки. - Держи меня за пятки, Джил, а Ерш будет держаться за твои. И всем будет очень удобно.

– Удобно? – возмутилась Джил. Но она опустилась и поползла. Препротивное было местечко. Представляете, каково целых полчаса ползти лицом вниз? Впрочем, на самом деле, вероятно, прошло минут пять. Джил чуть не задохнулась от жары. Но, наконец, впереди забрезжил свет, туннель стал расширяться, и наши путники, взмокшие и перепачканные, выбрались в такую высокую пещеру, что и пещерой-то ее было назвать трудно. Ее заливал тусклый, дремотный свет, так что в странном фонаре подземельцев нужды больше не было. Посреди мягкого мха, покрывавшего пол, росли необычные растения, ветвистые, словно деревья, но рыхлые, как грибы. Именно от них, да еще от мха под ногами, исходило зеленовато-серое свечение, но слишком слабое, чтобы осветить своды пещеры. Они ступали по чему-то мягкому. Им было грустно и хотелось спать, словно тихая музыка убаюкивала их.

Далее они миновали множество странных созданий, лежащих на земле. Джил так и не поняла, мертвы эти существа, похожие то на драконов, то на летучих мышей, или просто спят. Лужехмур тоже не знал, кто они такие.

– Они все здесь выросли? – спросил Ерш у Стража. Тот, кажется, поразился тому, что к нему обращаются, но все же ответил.

– Нет. Все эти звери попали сюда из Надземья по щелям и трещинам. Многие спускаются вниз, но мало кто возвращается в солнечные края. Говорят, что все они проснутся, когда настанет конец света.

После этой краткой речи рот его захлопнулся, словно коробка, и в давящей тишине пещеры дети почувствовали, что никто из них больше не отважится заговорить. Голые пятки гномов бесшумно ступали по мягкому мху. Не шелестел ветер, не пели птицы, не журчала вода, и не дышали странные звери.

Пройдя несколько километров, они очутились у каменной стены с низкой аркой, ведущей в другую пещеру. Пещера, длинная и узкая, была поменьше первой, но все равно огромная, размером с собор. Почти все ее пространство занимало тело огромного человека. Этот гигант из гигантов спал глубоким сном. Лицо его было не такое, как у других великанов, а доброе и благородное. Грудь его тихо поднималась и опускалась под огромной, длинной белой бородой, доходившей до пояса. Чистый серебряный свет, струившийся неизвестно откуда, освещал спящего.

– Кто это? – спросил Лужехмур, нарушив такое долгое молчание, что Джил даже удивилась, как он отважился заговорить.

– Это старый Отец Время, бывший король Наземья, – сказал Страж. – Ныне он находится глубоко в Подземье и видит лишь сны о том, что происходит в верхнем мире. Многие погружаются глубоко, и мало кто возвращается в солнечные края. Говорят, что и он проснется, когда настанет конец света.

За этой пещерой лежала следующая, за ней еще одна и еще, так что Джил вскоре сбилась со счета. Во всяком случае, они спускались все ниже и ниже, и сама мысль о тяжести земли над головой захватывала дух. Наконец, они достигли места, где Страж велел вновь зажечь свой унылый фонарь. Они вошли в такую темную пещеру, что ничего не могли различить впереди, кроме полоски бледного песка, спускающегося к стоячей воде. У самого берега стоял корабль без парусов и мачты, но со множеством весел. Им велели взойти на корабль и провели на корму, где за скамьями гребцов было и полукруглое сиденье.

– Хотел бы я знать, – сказал Лужехмур, – пускался ли кто-нибудь еще из верхнего мира в такое путешествие?

– Многие отчаливали от блеклых песков, – начал Страж, но…

– Знаю, знаю, – перебил его Лужехмур, – но мало кто возвращается в солнечные края. Не стоит повторять. Ты, я вижу, очень увлекся этой идеей, не так ли?

Дети тесно прижались к Лужехмуру с обеих сторон. Наверху он нередко казался им нытиком, но тут, внизу, он был для них единственной опорой. Тусклый фонарь подвесили в середине ладьи, подземельцы сели на весла, и корабль отчалил. В бледном свете фонаря они ничего не различали впереди, кроме темной воды, убегающей во тьму.

– Что с нами теперь будет? – в отчаянии сказала Джил.

– Не падай духом, Джил Поул, – отвечал квакль-бродякль. – Помни о том, что мы снова на верном пути. Нам нужно было попасть под развалины города великанов, и мы действительно сюда попали. А значит, мы опять следуем наказу Аслана.

В конце концов им дали поесть каких-то пресных, совершенно безвкусных лепешек. Путники сами не заметили, как погрузились в сон, а проснувшись, вновь увидели все то же: гребущих гномов, скользящий по воде корабль, черную тьму впереди. Сколько раз они засыпали, просыпались, ели – никто из них этого не помнил. И, что хуже всего, им начинало казаться, что они всегда жили на этом корабле, среди этой мглы, что солнце, голубое небо, ветер и птицы, может быть, им только приснились.

Их уже почти оставили и надежды, и страхи, когда вдруг впереди показались бледные огни, похожие на свет их собственного фонаря. Когда один из них приблизился, они увидели, что проплывают мимо другого корабля. После этого им встретилось еще несколько кораблей. А потом, вглядываясь вдаль до боли в глазах, они поняли, что некоторые фонари впереди освещают причудливые поверхности: нечто похожее на причал, башни, стены, толпы каких-то существ. Но никаких звуков оттуда не доносилось.

– Ну и ну, – вскричал Юстас, – город! Вскоре все увидели, что он был прав.

Но какой же это был странный город! Огни были такие редкие, что в нашем мире годились бы разве что для дачного поселка. И в то же время те части пространства, которые они выхватывали из полутьмы, походили на крупный морской порт. В одном месте шла погрузка и разгрузка целой череды кораблей, в другом – рядом со складами – лежали кипы товаров, в третьем – виднелись стены и колонны дворцов и храмов. И всюду, куда падал свет, толпились подземельцы. Сотни этих созданий, тесня друг друга, шествовали по узким улочкам, широким площадям, величественным лестницам. Их непрерывное движение производило странный шепчущий шум, который усиливался по мере приближения корабля к берегу. Но нигде не было слышно ни песен, ни криков, ни скрипа колес. Город был такой же тихий и почти такой же темный, как внутренность муравейника.

Наконец их корабль вошел в гавань и пришвартовался. Путники сошли на берег, и их повели в город. Сотни подземельцев, среди которых ни один не был похож на другого, встречались нашим путникам на переполненных улочках, и грустный свет падал на опечаленные лица жителей этой безрадостной страны. Никто не интересовался чужаками. Каждый гном был столь же озабочен, сколь невесел. Правда, Джил так и не поняла, почему они так суетятся, почему бесконечно длится это движение, толкотня, спешка и мягкое шлепание ног по земле.

Наконец, они подошли к зданию, похожему на огромный замок, у которого были освещены лишь несколько окон. Путников провели через двор, и они стали подниматься по бесчисленным лестницам, чтобы оказаться в огромной полутемной зале. Но в одном из ее углов – о радость – виднелась арка, залитая совсем другим светом – чистым, желтоватым, теплым сиянием обыкновенной человеческой лампы, в котором проступало подножие ведущей вверх винтовой лестницы. Свет, похоже, лился на нее сверху. По обеим сторонам арки стояли вооруженные подземельцы. Один из стражей обратился к ним все с теми же словами, будто с паролем:

– Многие погружаются в Подземелье.

– И мало кто возвращается в солнечные края, – отозвались часовые, словно это и был ответ на пароль. Все трое склонили головы друг другу и зашептали. Наконец, один из гномов-часовых сказал:

– Говорю я вам, ее величество королева отбыли из этих мест по важному делу. До ее возвращения лучше всего будет подержать этих надземцев в тюрьме. Мало кто возвращается в солнечные края.

В это мгновение разговор прервался звуком, показавшимся Джил самым радостным в мире. Сверху донесся ясный, чистый, настоящий человеческий юношеский голос.

– Что за шум творится там внизу? – крикнул он. – Наземцы пожаловали? Доставьте их ко мне без промедления.

– Не угодно ли вашему высочеству вспомнить, – начал часовой, но голос прервал его.

– Моему высочеству прежде всего угодно, чтобы мне повиновались, старый болтун. Доставьте их наверх.

Часовой покачал головой, знаком велел путешественникам следовать за ним, и пошел вверх по лестнице. С каждой ступенькой свет становился ярче. На каменных стенах висели нарядные ковры. Свет, проникая сквозь тонкие занавески на самом верху лестницы, казался золотым. Подземцы, раздвинув занавеси, отступили в сторону, и путники прошли в прекрасные покои, увешанные коврами, где в чистом очаге пылал яркий огонь, а на столе стояло красное вино в хрустальных бокалах. Навстречу им поднялся светловолосый юноша. Он был красив и казался отважным и добрым, но что-то в его чертах наводило на тревожные мысли. В своем черном одеянии он напоминал Гамлета.

– Добро пожаловать, надземцы, – воскликнул юноша. – Но погодите! Не вас ли, добрые дети, и не тебя ли, их странный наставник, встретил я у моста, на границах Эттинсмура, когда сопровождал мою даму?

– Так вы… так вы и были тот черный рыцарь, который не произнес ни слова? – воскликнула Джил.

– А разве та дама и была королева Подземья? – не слишком приветливо спросил Лужехмур.

А Юстас, подумавший о том же, прямо взорвался. – Коли так, – возмутился он, – ничего себе шуточки! Отправить нас к этим великанам, которые хотели нас сожрать! Что мы ей плохого сделали, хотел бы я знать?

– Если бы ты не был столь юным воином, – нахмурился черный рыцарь, – я бы сразился с тобой насмерть, мальчик, за такую обиду. Я не стану слушать ни слова, порочащего честь моей госпожи. Но будьте уверены, что бы она вам ни говорила, она делала это из самых добрых побуждений. Ибо вы не знаете ее. Это кладезь истины, милосердия, постоянства, благородства, отваги и всех остальных добродетелей. Я ручаюсь за свои слова. Одна ее доброта ко мне, неспособному ничем отблагодарить ее, поистине поразительна. Но вы еще узнаете и полюбите ее. А тем временем позвольте узнать, по чьему поручению прибыли вы в Подземье?

И прежде, чем Лужехмур смог остановить ее, Джил выпалила:

– Мы ищем Рилиана, принца Нарнии.

Она тут же поняла, как это было неосмотрительно – ведь они, возможно, были среди врагов. Но Принц выслушал ее слова с полнейшим безразличием.

– Рилиан? Нарния? – безучастно повторил он. – А где это? Никогда не слыхал о такой стране. Должно быть, она лежит за тысячи лиг от тех краев в Надземье, которые мне известны. Но что за странная причуда – искать этого Билиана или Триллиана в царстве моей дамы. Насколько я знаю, здесь нет такого человека.

– Он громко рассмеялся, и Джил подумала: «Кажется, я знаю, что так портит его лицо. Уж не глуповат ли он?»

– Нам велели искать надписи на камнях в Граде Развалин, сказал Ерш. – И мы увидели слова ПОДО МНОЙ.

Рыцарь засмеялся с еще большим удовольствием, чем в предыдущий раз.

– О, как вы обманулись! Эти слова не имеют к вам никакого отношения. Если бы только вы спросили мою повелительницу, она дала бы вам лучший совет. Ибо эти слова – все, что осталось от длинной надписи, которая в древние времена, о которых помнит моя дама – составляли такой стих:

Хоть ныне трона я лишен, лежащий под землей, Пока дышал я – вся земля лежала подо мной.

– Из чего явствует, что некий король древних великанов, похороненный здесь, приказал выбить эту хвастливую надпись на своем надгробье. Иные камни раскрошились, иные – унесли для новых построек, засыпав пустоты щебнем. Но два слова можно прочесть и теперь. Не смехотворно ли думать, что они написаны специально для вас?

Джил и Юстаса словно окатило холодной водой. Им и впрямь показалось, что эти слова, наверное, не имеют никакого отношения к их походу, что все совпадение – простая случайность.

– Не слушайте вы его, – сказал Лужехмур. – Случайностей не бывает. Нас ведет Аслан, а он был здесь, когда древний король повелел высечь эти буквы, и он заранее знал, что с ними потом произойдет, даже то, что останутся именно эти два слова.

– Этот твой вожатый, приятель, должно быть, порядочный долгожитель, – хихикнул Рыцарь.

Надо сказать, что он начал раздражать Джил.

– Мне кажется, – отвечал Лужехмур, – что и дама ваша тоже не первой молодости, если помнит стих, высеченный в такие давние времена.

– Ничего не скажешь, умно, – рыцарь похлопал Лужехмура по плечу и снова хихикнул. – Ты угадал. В ней течет кровь богов, и ей неведомы ни время, ни смерть. Тем более благодарен я ей за безмерную щедрость ко мне, простому смертному. Ибо да будет вам ведомо, господа, что со мной случаются самые небывалые несчастья, и только у королевы достает терпения на то, чтобы не прогнать меня. Я сказал – терпения? Много, много больше, чем терпения. Она сулит мне огромное королевство в Надземье и обещает мне свою прекрасную руку, когда я займу трон. Но эта история слишком длинна, чтобы выслушивать ее стоя и на голодный желудок. Эй, слуги! Принесите вина и надземных лакомств для моих гостей. Усаживайтесь, господа, и ты, девица, садись в это кресло. Сейчас я все расскажу.

Нам важно ваше мнение:

Если на ваш взгляд сказка «Там, где не светит солнце» подходит под одну или несколько категорий ниже, просто нажмите на них:

Волшебная Для детей 5-6 лет Интересная Про зайца Про лису

Это поможет сделать сайт чуточку лучше. Спасибо!

Читать похожие сказки: